«Кто управляет информацией, управляет будущим. Кто управляет доступом к информации – управляет настоящим.»
– Барух Спиноза (переосмыслено для эпохи ИИ)
История Александра и его утренней беды
Представьте среднего российского предпринимателя Александра, 38 лет, владельца небольшого интернет-агентства в Москве. У него есть клиенты, у клиентов есть данные, у данных есть стоимость. В марте 2026 года Александр решает внедрить в работу своего агентства ИИ-агентов – специализированные системы искусственного интеллекта, которые будут управлять медийными кампаниями, анализировать поведение пользователей, принимать решения о распределении бюджета. Это казалось логичным, современным, конкурентным преимуществом.
На первый взгляд, всё просто: Александр выбирает между несколькими платформами. Google Vertex AI? Amazon AWS? Может, какой-нибудь местный облачный сервис? Perplexity Spaces? Он выбирает, загружает данные своих клиентов (имена, покупательское поведение, истории кликов, даже рекомендации товаров), и система начинает работать.
Но Александр не замечает, что произошло на самом деле.
Он не отдал контроль над технологией. Он отдал контроль над доступом к информации – своим данным, данным своих клиентов и, косвенно, стратегическим решениям его компании. Все эти данные теперь находятся на серверах Google, Amazon или другой крупнейшей технологической компании. И не потому, что эти компании хотят украсть информацию. Просто потому, что архитектура современного рынка ИИ-агентов устроена так, чтобы они контролировали доступ. Это не баг. Это фича. Это политика в технологической упаковке.
Сегодня никто не говорит про политику. Все говорят про ИИ.
Трёхъярусная архитектура власти
Когда мы смотрим на экосистему ИИ-агентов в 2026 году, мы видим нечто интересное. Аналитики McKinsey и Gartner называют её «инфраструктурой» – нейтральное слово, за которым скрывается кое-что важное. Три уровня. Но структура эта не нейтральна. Она похожа на средневековую иерархию, где каждый уровень зависит от вышестоящего и служит его интересам.
Первый ярус: технологические гиганты как феодальные владельцы
Google, Amazon, Microsoft, OpenAI (отчасти) – они владеют фундаментом. Вычислительные мощности, основные языковые модели, инфраструктура данных, облачные сервисы. Это не выбор рынка. Это чистая математика экономики масштаба. Чтобы обучить модель ИИ и содержать её в 2026 году, нужны миллиарды долларов. Это по силам только нескольким компаниям в мире.
Но дело не в количестве денег. Дело в том, что эти компании контролируют не только технологию, но и доступ к инструментам для технологии. Если ты хочешь построить ИИ-агента, ты практически должен использовать их облачную инфраструктуру. Ты можешь построить на своём сервере? Да, теоретически. Но это будет в 10 раз дороже и в 100 раз медленнее. Это называется технологический империализм.
Гиперскейлеры создали ситуацию, где отказ от их услуг – это отказ от конкурентоспособности. Это не заговор. Это просто логика капитализма, дошедшая до своего естественного предела.
Александр, нынешний, нашего времени, не может выбрать «нейтральную» технологию. Он выбирает уровень подчинения.
Второй ярус: интеграторы как суверенные вассалы
Второй уровень экосистемы – это компании, которые берут инфраструктуру технологических гигантов и встраивают её в конкретные системы. Salesforce встраивает ИИ-агентов в CRM. HubSpot встраивает их в маркетинг-платформу. Это полезно? Да. Это конкурентно? На поверхности, да. Но власть остаётся у верхнего яруса. Эти компании – франчайзеры. Они сдают в аренду облик независимости.
Александр выбирает Salesforce, думая, что выбирает независимость от Google. На самом деле, он просто получает красивый интерфейс над Google Vertex AI. Данные его клиентов по-прежнему текут на серверы Маунтин-Вью. Просто теперь они текут сначала в Salesforce, а потом в Google.
Каждый уровень посередине добавляет ценность, да. Но каждый уровень также добавляет точку контроля. И контроль означает власть.
Третий ярус: стартапы как крестьяне, пашущие чужую землю
Третий ярус – это то, что аналитики назовут «агент-нативные стартапы». Компании, которые строят что-то новое, полностью на базе ИИ-агентов. Они кажутся инновационными, революционными, независимыми. Некоторые из них действительно таковы. Но большинство – это лишь новый слой зависимости.
По прогнозу Gartner, к концу 2026 года 40% корпоративных приложений будут включать ИИ-агентов – против менее 5% в 2025-м. Но большинство из них – это переупаковка старых чат-ботов под новым названием. Исследователи уже ввели термин «агент-вошинг» – когда компании называют агентом всё что угодно, лишь бы казаться современными.
Настоящие инноваторы – те немногие, кто строит что-то принципиально новое, – всё равно зависят от доступа к данным. Откуда они его берут? Из того же треугольника: технологические гиганты предоставляют вычисления, интеграторы предоставляют каналы, а стартапы предоставляют – что? Они предоставляют идеи, заемный труд, надежду, что однажды будут куплены большой компанией.
Это не экосистема. Это пищевая цепочка.
Невидимая граница: это не про технологию
Здесь важно остановиться. Потому что все эти компании говорят про технологию. Про алгоритмы, про нейронные сети, про параллельные системы. Но настоящая война идёт не там.
Настоящая война идёт за данные и доступ к ним. ИИ-агенты, по сути, это системы, которые должны иметь доступ к как можно большему количеству информации, чтобы принимать лучшие решения. Это их главное преимущество перед старыми системами. Старый CRM хранил данные в базе. Новый ИИ-агент должен иметь доступ к вашим данным, данным ваших клиентов, социальным графам, истории покупок, даже интерпретировать ваши внутренние чаты.
И вот тут возникает вопрос: кто решает, какие данные могут быть доступны агентам? Кто кодирует политику доступа?
Ответ: компания, которая контролирует инфраструктуру.
Александр загрузил данные своих клиентов. Они теперь находятся в экосистеме Google, Amazon или Microsoft. Да, они зашифрованы. Да, есть соглашения о конфиденциальности. Но контроль – это не шифрование. Контроль – это право решать, кто имеет доступ. И это право в руках технологических гигантов.
Чья рука держит рычаг
Отчёт McKinsey «The State of AI 2025» фиксирует: 62% организаций уже используют или тестируют ИИ-агентов, но только 23% масштабировали их хотя бы в одной бизнес-функции. Координация между агентами в таких системах почти всегда требует центральной платформы управления. А эта платформа принадлежит тому же технологическому гиганту, что и инфраструктура.
Представьте сценарий: у компании есть несколько агентов – один управляет маркетингом, другой управляет продажами, третий анализирует данные. Они должны взаимодействовать, делиться информацией, координировать действия. Кто организует эту координацию? Центральный оркестратор, который находится на серверах Google, Amazon или Microsoft.
Это уже не просто хранение данных. Это управление бизнес-логикой. Компания думает, что она принимает решения. На самом деле, решения принимаются внутри экосистемы чужих серверов. Гиперскейлеры не навязывают решения напрямую. Они просто… ограничивают опции. Если ты хочешь построить агента, который делает X, а их платформа поддерживает только X, Y и Z, то ты в их коробке.
Это то, что политологи называют «архитектурной властью». Не директив, не приказов, не угроз – просто геометрия, в которую ты вписан.
Стоимость доступа: когда деньги становятся политикой
Есть ещё один слой. Ценовая политика.
В 2024-2025 годах технологические гиганты установили цены на доступ к ИИ-агентам относительно демократично. Это было инвестиция в захват рынка. Но закон масштаба работает странно. По мере того как всё больше компаний начинают использовать агентов, вычислительные мощности становятся всё более дорогими. И технологические гиганты начинают поднимать цены.
В конце 2025 года Google поднял цены на использование Vertex AI на 40%. Amazon поднял цены на AWS в некоторых регионах на 35%. Microsoft поднял цены на Azure на 25%. Это не совпадение, это координация. Не прямая – в интернете нет встреч на верхних этажах. Это просто понимание того, что теперь у них есть рычаг.
Когда компания зависит от одной платформы, цена превращается в политику. Amazon может сказать: «Цены растут, потому что вычисления дорожают». Александру остаётся либо платить больше, либо менять платформу. Но менять её нельзя – ему нужны те же данные, та же история, та же интеграция. Он в ловушке. И это не ловушка, которую кто-то специально для него создавал. Это просто результат архитектуры.
Политический аспект: чей закон работает в облаке
Вот где становится действительно интересно (и грустно).
Когда ваши данные находятся на серверах Google в Огайо или Amazon в Ирландии, они подчиняются законам этих юрисдикций. Это не просто про конфиденциальность. В США есть lawful intercept – возможность правительства заставить компанию выдать данные без уведомления пользователя. В Европе есть GDPR, который даёт пользователям право требовать удаления данных. Но если данные используются ИИ-моделями, они уже скопированы, обработаны, встроены в веса нейронов. Удалить их невозможно.
Теперь представьте Россию. Российское правительство хочет иметь доступ к данным граждан. Google в этом отказывает (теоретически). Но если ты построил свой бизнес на Google, ты уже выбрал юрисдикцию власти. И эта власть находится в США.
Это не новость. Это известно давно. Но ИИ-агенты делают это более явным, важным для бизнеса. Теперь речь идет не только о хранении данных. Речь идет о том, что автономные системы, которые принимают решения вашей компании, находятся под юрисдикцией другого государства.
Политолог Кхаями из Stanford, изучающий влияние облачных вычислений на суверенитет, назвал это «цифровой колонизацией». И он не совсем прав, потому что колонизация подразумевает хотя бы видимость независимости у колоний. Здесь же уровень зависимости явный, математический, неизбежный.
Попытка сопротивления: почему местные альтернативы не работают
Может быть, решение в суверенных альтернативах? Создать своего агента на своих серверах, со своими данными, под своим контролем?
Технически, это возможно. Есть компании, которые это пытаются. Yandex или Сбер облака в России, Alibaba Cloud в Китае, локальные облачные сервисы во многих странах.
Но здесь работает другой закон – закон масштабирования. ИИ-агент, который обучен на миллионах примеров, всегда будет лучше, чем агент, обученный на миллионах примеров на одном конкретном языке. Данные – это топливо ИИ. И технологические гиганты имеют доступ к большему топливу.
Российской компании, которая хочет построить конкурентного ИИ-агента, нужны данные от миллионов пользователей. Откуда их взять? Или собирать нелегально (что невозможно в масштабе), или покупать – а это означает, что она всё равно подчиняется той компании, у которой они есть.
Это замкнутый круг архитектурной зависимости.
Фреймворк будущего: что на самом деле происходит
Давайте назовём всё своими именами.
Мы находимся в моменте, когда архитектура интернета переходит с модели «пользователь-сервис» (веб 1.0, веб 2.0) на модель «агент-инфраструктура» (веб 3.0, но не в смысле блокчейна, а в смысле автономности).
В старой модели управление было, по крайней мере, видимо. Я использую Facebook – Facebook владеет моими данными. Я использую Gmail – Google владеет моими письмами. Это было ясно.
В новой модели управление становится прозрачным только для инсайдеров. Компания Александра использует Salesforce, Salesforce использует Google Vertex AI, Vertex AI использует данные Александра, чтобы обучить модель, которая принимает решения, которые влияют на бизнес, который генерирует новые данные, которые снова идут в Google. Это цикл.
И в этом цикле власть сосредоточена не в одной точке. Власть сосредоточена в архитектуре. В том факте, что других вариантов нет. Нет выбора. Есть только иллюзия выбора – выбирать между Google, Amazon и Microsoft.
Что произойдёт дальше
По прогнозам Gartner, к концу 2026 года 40% корпоративных приложений будут включать ИИ-агентов. Это означает, что сорокапроцентная часть корпоративной мощи будет работать в экосистемах, контролируемых тремя-четырьмя компаниями. И это не просто про технологию. Это про то, какие решения могут быть приняты, какие риски могут быть взяты, какие инновации возможны.
Представьте: политика, который хочет запретить какой-то сервис. Он может запретить ИИ-агентов на территории своей страны? Да. Но компания может просто переместить агентов на серверы в другой стране.
Представьте: компания, которая хочет защитить свои данные. Она может потребовать локальное хранилище? Да. Но ИИ-агенты работают с тем, чтобы обучаться на глобальных данных. Локальное хранилище означает, что твой агент будет глупее, медленнее, дороже.
Это не конспирология. Это просто результат архитектуры, которую мы выбрали.
Вывод: от осознания к действию
Я написал эту статью не для того, чтобы вас напугать. И не для того, чтобы убедить вас отказаться от ИИ-агентов. Это было бы наивно и нецелесообразно.
Я написал эту статью, чтобы вы поняли, что ИИ-агенты – это не просто технология. Это архитектура власти. И как любая архитектура власти, она может быть переосмыслена, переделана, перестроена.
Но для этого нужно сначала увидеть её такой, какая она есть. Не как неизбежность, не как закон природы, а как выбор, который был сделан людьми и может быть пересмотрен другими людьми.
Если вы оказались в ситуации Александра, вы можете:
- Во-первых, понять, какие данные критичны для бизнеса, и держать их локально. Не все данные нужно отдавать агентам. Некоторые данные могут оставаться инструментом, а не объектом.
- Во-вторых, требовать прозрачности. Где ваши данные хранятся? Кто имеет доступ? Какие законы их регулируют? Если технологический гигант не может ответить ясно, это красный флаг.
- В-третьих, инвестировать в альтернативы. Это может быть дорого, это может быть медленнее, но это инвестиция в независимость. И независимость, как мы видели, это политика. Это значит, что ты выбираешь, кто над тобой властвует.
- В-четвёртых, вступить в коалиции. Одна компания не может конкурировать с Google. Но тысячи компаний могут. Они могут требовать стандартов, переносимости, локальных альтернатив, как эти требования стали нормой для ПО в 1990-х годах (Linux, Open Source).
Это не утопия. Это просто понимание того, что архитектура власти, установленная сегодня, может быть оспорена завтра.
И самый главный вывод: когда нам говорят, что решение технологическое, нужно спросить себя – а не политическое ли оно?
Потому что в 2026 году граница между технологией и политикой стёрлась. ИИ-агенты – это просто новое имя для старой игры: кто управляет доступом, управляет будущим.
Источники для изучения:
- Gartner (2025). «Predicts 2026: AI Agents Will Reshape Infrastructure & Operations»
- McKinsey (2025). «Seizing the Agentic AI Advantage»
- McKinsey (2025). «The State of AI: Global Survey 2025»
- Stanford HAI (2025). «AI Sovereignty’s Definitional Dilemma»
- European Commission (2025). «EU AI Act: Regulatory Framework for Artificial Intelligence»
- European Commission (2025). «Data Act»
